MENU
Сайт находится в разработке

Суханов и Ильченко против Украины: решение о невыплате государством надбавок к пенсии

Номер дела: 68385/10; 71378/10
Дата: 26.06.2014
Окончательное: 26.09.2014
Судебный орган: ЕСПЧ
Страна: Украина
Организация:

© Перевод Украинского Хельсинского союза по правам человека

Официальное цитирование – Sukhanov and Ilchenko v. Ukraine, nos. 68385/10 and 71378/10, § …, 26 June 2014

Официальный текст (англ.)

 

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

СУХАНОВ И ИЛЬЧЕНКО ПРОТИВ УКРАИНЫ

(Заявления № 68385/10 и №71378/10)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

26 июня 2014 года

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в Статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

По делу Суханова и Ильченка против Украины

Европейский Суд прав человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:

Mark Villiger, Предсеатель, Ann Power-Forde,
Ganna Yudkivska,
Vincent A. De Gaetano,
André Potocki,

Helena Jäderblom, Aleš Pejchal, судьи

и Claudia Westerdiek, Секретарь секции,
Рассмотрев дело в закрытом заседании 3 июня 2014 года,
Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано двумя заявлениями (№ 68385/10 и №71378/10) против Украины, которые подали в суд граждане Украины Геннадий Лукьянович Суханов и Виктор Прокофьевич Ильченко (далее – «заявители») 1 и 9 ноября 2010 года в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция»).

2. Перового заявителя представляла г-жа Н. Целовальниченко, юрист, практикующий в г. Луганск, Украина. Второго заявителя, которому была предоставлена юридическая помощь, представлял г-н А. Кристенко, юрист, практикующий в г. Харькове, Украина. Правительство Украины (далее – «Правительство») представлял его Уполномоченный – Наталья Севастьянова, Министерство юстиции.

3. Заявители жаловались на то, что им не была выплачена социальная помощь в указанном ими размере.

4. 25 августа 2011 года Правительству было уведомлено о данном заявлени.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Оба заявители родились в 1938 году и проживают в г. Луганск и г. Желтые Воды, соответственно, Украина.

6. Оба заявителя имеют особый статус «детей войны» (см. пункт 17 ниже). С 1 января 2006 года они получили право на специальную надбавку к пенсии в размере 30% от минимальной пенсии в соответствии со статьей 6 Закона «О социальной защите детей войны» (Закон Украины “О социальной защите детей войны”).

A. Первый заявитель

7. В мае 2008 года первый заявитель подал иск к Артемовскому районному отделению Пенсионного фонда Украины и Главному управлению Луганского областного казначейства Украины, с требованием пересчитать пенсию за 2006-2008 года, для того чтобы определить и выплатить ему проиндексированную сумму задолженности, и в дальнейшем выплачивать ему уже пересчитанную сумму пенсии. Первый заявитель также потребовал компенсации за материальный и нематериальный вред, и возмещение судебных издержек.

8. 22 июля 2008 года Луганский окружной административный суд постановил, что статья 6 Закона «О социальной защите детей войны» была приостановлена Законом «О государственном бюджете на 2006 год». В свою очередь Закон о государственном бюджете, принятый Кабинетом Министров, предписывал разработать механизм увеличения пенсий. Однако поскольку в 2006 году такого механизма не было создано, пришлось отказать требованиям первого заявителя.

9. Кроме того, судом было установлено, что статья 6 в 2007 году вновь была приостановлена, а в 2008 году была изменена законами о государственном бюджете за соответствующие года. Однако, такое изменение было признано неконституционным Конституционным Судом 9 июля 2007 года и 22 мая 2008 года. Следовательно, суд постановил, что Государственный пенсионный фонд должен провести пересчет пенсии первого заявителя за периоды с 9 июля и 31 декабря 2007 года по состоянию на 22 мая 2008 года.

10. 19 декабря 2008 года Донецкий апелляционный административный суд оставил в силе это решение.

11. 28 июля 2010 года Высший административный суд отклонил кассационную жалобу заявителя.

B. Второй заявитель

12. В декабре 2009 года второй заявитель подал иск в Жолтоводский городской суд против Пенсионного фонда, требуя пересчета его пенсии с января 2006 года.

13. 2 марта 2010 года суд вынес решение в отношении второго заявителя. Суд постановил, что второй заявитель имеет право на надбавку к пенсии от даты принятия решения Конституционным судом (9 июля 2007 года), а не от 1 января 2006 года. Суд также постановил, что Пенсионный фонд должен пересчитать пенсию второго заявителя за период между 9 июля и 31 декабря 2007 года и с 22 мая 2008 года по 2 марта 2010 года.

14. 10 августа 2010 года Днепропетровский областной апелляционный суд оставил в силе это решение. Решение апелляционного суда было окончательным.

15. 14 февраля 2011 года второй заявитель подал второй иск в Жолтоводский городской суд, требуя, выплаты вышеупомянутой надбавки к своей пенсии, начиная с 3 марта 2010 года.

16. 17 мая 2011 года суд удовлетворил жалобу второго заявителя и постановил, что Пенсионный фонд должен пересчитать пенсию заявителя от 3 марта 2010 года. 14 октября 2011 года Днепропетровский административный апелляционный суд оставил в силе это решение.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

17. В соответствии со статьей 6 Закона «О социальной помощи детям войны», вступившего в силу 1 января 2006 года, деты войны (лица которым 2 сентября 1945 года не было больше 18 лет) имеют право на получение пенсии или другого социального пособия с добавлением 30% процентов от минимальной пенсии. Часть 2 статьи 3 Закона предусматривает, что социальные гарантии, предусмотренные Законом, не могут быть ограничены или отменены другими правовыми актами.

18. В период с 1 апреля 2006 года и 22 мая 2008 года минимальная пенсия была увеличена с 350 украинских гривен (UAN) (на то время около 55 евро) до 481 UAN (на то время около 68 евро).

19. На основании Закона «О государственном бюджете на 2006 год», статья 6 Закона «О социальной защите детей войны» была приостановлена. 19 января 2006 года соответствующие положения Закона «О государственном бюджете на 2006 год» были изменены (эти поправки вступили в силу 2 апреля 2006 года). Согласно этим поправкам, надбавка должна быть введена постепенно в соответствии с решением Кабинета Министров. Однако такого решения не было принято в 2006 году.

20. Законами о государственном бюджете на 2007 и 2008 года, статья 6 Закона была приостановлена и изменена, соответственно. 9 июля 2007 года и 22 мая 2008 года Конституционный Суд признал это изменение неконституционным (см. Kolesnik and others v. Ukraine (dec.), no. 57116/10 and foll., § 46, 26 June 2014) .

21. 1 мая 2009 года Высший административный суд Украины издал примечание, содержащее общий анализ практики административных судов по делам, касающимся социальной защиты детей войны и жертв нацистских преследований.

22. Суд отметил, что:

«Анализ практики судов показывает, что споры в основном были вызваны недостатком в законодательстве механизма способного урегулировать социальную защиту; в частности, так как правовые акты, существующие по этому вопросу, имеют одинаковую силу, трудно установить, какое положение имеет высшую юридическую силу и должны быть применены в споре Основные правовые акты по этому вопросу включают в себя: Конституцию Украины, Закон «О социальной защите детей войны», Закон «О статусе ветеранов войны и гарантии их социальной защиты» [...].

Законы о государственном бюджете на 2006-2008 год, которые внесли изменение в эти правовые акты, приостановили действия некоторых положений и сокращения некоторых выплат.

9 июля 2007 года и 22 мая 2008 года Конституционный Суд Украины признал, что часть изменений, внесенных законами о государственном бюджете, неконституционные».

23. Высший административный суд Украины также отметил, что национальные суды приняли неправильное решение касательно применения правовых актов. В отношении пенсионной надбавки в соответствии со статьей 6 Закона «О социальной защите детей войны», суд отметил, что в 2006 году это положение было приостановлено Законом «О государственном бюджете на 2006 год». В Законе «О государственном бюджете на 2006 год» было предусмотрено, что пенсионная надбавка должна определяться Кабинетом Министров Украины, но так как никакого решения не было принято, льготы в соответствии со статьей 6 «Закона о социальной защите детей войны» не были применены в 2006 году.

24. Касательно платежей за 2007-2008 года, Высший административный суд Украины отметил, что законы о государственном бюджете на 2007-2008 года были признаны неконституционными. Однако, поскольку решения Конституционного Суда не могут быть применены ретроспективно, пенсионные надбавки должны быть выплачены только за период между 9 июля по 31 декабря 2007 года и в период с 22 мая по 31 декабря 2008 года

25. В письме от 14 августа 2009 года, направленного руководителям административных апелляционных судов, Высший административный суд Украины подтвердил свою позицию.

ПРАВО

I. ОБЪЕДИНЕНИЕ ЖАЛОБ

26. Суд считает, что в соответствии с Правило 42 § 1 Регламента Суда, жалобы должны быть объединены, учитывая их общие фактические и юридические данные.

II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА № 1 КОНВЕНЦИИ

27. Заявители жаловались, что власти не выплатили им пенсионную надбавку в размере, предусмотренном статьей 6 Закона «О социальной защите детей войны» в период между 1 января 2006 года и 9 июля 2007 года и в период с 1 января по 22 мая 2008 года.

28. Суд, искусный в применении права к фактам дела, считает, что вышеуказанные жалобы впадают и должны быть рассмотрены по статье 1 Протокола №1, которая предусматривает:

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.»

A. Приемлемость

29. Правительство не представило никаких замечаний в отношении приемлемости жалоб.

30. Суд отмечает, что статья 1 Протокола № 1 включает в себя три различных правила: «первое правило, изложенное в первом предложении первого абзаца, несет общий характер, и провозглашает принцип уважения собственности; второе правило, которое содержится во втором предложении первого абзаца, охватывает лишение имущества и определенные случаи, когда такое лишение возможно; третье правило, указанное во втором абзаце, признает, что государство-участник имеет право контролировать использование собственности в соответствии с общими интересами. Однако эти три правила, не «отличаются» своей несвязанностью. Второе и третье правило касается конкретных случаев вмешательства в право на уважение собственности и, следовательно, должно быть истолковано в свете общего принципа, сформулированного в первом правиле» (см., например, Jahn and Others v. Germany [GC], nos. 46720/99, 72203/01 and 72552/01, § 78, ECHR 2005-VI).

31. Что касается конкретно гарантии социальных выплат, то статья 1 Протокола № 1 Конвенции не возлагает никаких ограничений на государство-участника свободно принимать решения о наличии в любой форме системы социальной защиты, или выборе типа или размера выплат для такой системы. Однако если в государстве действует законодательство, предусматривающее выплаты на основании права на получение социальной помощи - с необходимостью предварительных взносов или нет, - в таком случае законодательство должно рассматриваться как имеющее имущественный интерес, что попадает по действие статьи 1 Протокола № 1 для лиц, которые хотят отстоять свои требования (см. Stec and Others v. the United Kingdom (dec.) [GC], nos. 65731/01 and 65900/01, § 54, ECHR 2005-X); важность этого интереса также должна быть отражена применением статьи 1 Протокола № 1 Конвенции (см. Moskal v. Poland, no. 10373/05, § 39, 15 September 2009).

32. Суд отмечает, что в данном деле, сам факт, что заявитель имел право на пенсионную надбавку не оспаривалось сторонами, Суд считает, что право заявителя было достаточно ясным, чтобы рассматривать дело в рамках статьи 1 Протокола № 1 и обнаружить, что право заявителя на пенсионную надбавку, предусмотренное во внутреннем законодательстве, сформулировано по смыслу этого положения. Однако, стороны не согласны с размером надбавки, на которую заявитель имел право.

33. Суд отмечает, что требования заявителей относятся к четырем различным периодам. Учитывая действующее законодательство на тот момент, эти периоды можно рассматривать в двух группах. Суд рассмотрит жалобы заявителей в отношении каждой из этих групп в отдельности.

1. Периоды межу 1 января 2006 года по 2 апреля 2006 года, с 1 января 2007 года по 9 июля 2007 года и с 1 января 2008 года по 22 мая 2008 года

34. Суд установил, что бесспорно, требования заявителей о пенсионной надбавке подпадает под действие статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, и что это можно считать «имуществом» по смыслу этого положения. Вопрос в том, являются ли требования заявителей, о том, что они имели право на определенный размер, может считаться «имуществом» по смыслу этого положения, и если да, то является ли отказ выплатить эти платежи вмешательством в их имущество.

35. Суд напоминает, что в определенных обстоятельствах «законные ожидания» получения «актива» может также пользоваться защитой статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. Таким образом, где имущественные права являются предметом спора, лицо, которое имеет такое право, может рассматриваться как имеющее «законные ожидания», при условии, если имеется достаточная база в национальном законодательстве, например, когда есть установленное прецедентное право национальных судов, подтверждающее ее существование (см. Kopecký v. Slovakia [GC], no. 44912/98, § 52, ECHR 2004-IX). Однако, «законного ожидания» не может быть, если есть спор относительно правильного толкования и применения национального законодательства и доводы заявителя впоследствии отвергнуты национальными судами (см. Kopecký, cited above, § 50); Anheuser-Busch Inc. v. Portugal [GC], no. 73049/01, § 65, ECHR 2007-I).

36. Прежде всего, следует отметить, что, по сути, право заявителей на получение пенсии как таковой не нарушено в настоящем деле. Что касается точного размера пенсии, Суд не принимает того, что требования заявителей о пенсионном добавлении в размере 30% от минимальной пенсии было их «законным ожиданием» в ходе вышеупомянутых периодов по смыслу прецедентного права в этом периоде. В частности, такие требования не имеют достаточных оснований в национальном законодательстве. Также нет никаких доказательств о существовании единой национальной юридической базы для подкрепления утверждений заявителей. Пока состояние национального законодательства в этой сфере является неудовлетворительным, как было подчеркнуто в решениях Конституционного Суда в 2007 и 2008 годах, национальные суды рассматривали споры каждого заявителя и давали такие обоснования решений, что их нельзя назвать произвольными или необоснованными (см., a contrario, Shchokin v. Ukraine, nos. 23759/03 and 37943/06, 14 October 2010).

37. Действительно, как указывали заявители, в 2007 и 2008 годах Конституционный Суд пришел к выводу, о том, что поправки, в материальное законодательство не могли быть внесены с помощью соответствующих законов о государственном бюджете, так как эти акты, относятся более к порядку финансирования, нежели к материальному праву. Суд не разделяет мнение заявителей, что в соответствии с решениями Конституционного Суда соответствующие правовые акты должны были оставаться без изменений. Конституционный Суд подверг критике законодательную практику, используемую парламентом для внесения этих конкретных поправок; однако демократически избранный парламент может свободно осуществлять свои законодательные функции в соответствии с Конституцией и пересчитывать размеры пособий, подлежащих оплате в течение определенного периода времени. Кроме того, заявители не установили, что в результате решений Конституционного Суда внутренние судебные решения были отменены как незаконные.

38. Следовательно, заявители не доказали свои «законные ожидания» касательно повышения уровня пенсии в течение вышеупомянутых периодов.

39. Суд считает, что эта часть жалобы должна быть признана неприемлемой, как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.

2. Период с 2 апреля 2006 года по 31 декабря 2006 года

40. В период со 2 апреля 2006 года по 31 декабря 2006 года закон, к которому были внесены поправки Законом «О государственном бюджете на 2006 год», предусматривал, что Кабинет Министров должен пересчитать размер соответствующего добавления. Суд признает, что учитывая обязательную формулировку поправки 2006 года, заявители могли законно ожидать, что Кабинет Министров действительно изменит уровень пенсий за соответствующий период. Следовательно, в течение этого периода заявители имели «законные ожидания» на повышение уровня пенсии (Maurice v. France [GC], no. 11810/03, § 63, ECHR 2005-IX; Veselinski v. “the former Yugoslav Republic of Macedonia”, no. 45658/99, § 80 and foll., 24 February 2005).

41. Суд отмечает, что жалоба заявителей о невыплате им пенсионной надбавки в указанный выше период не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Кроме того, Суд отмечает, что она не является неприемлемой и по другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон
(a) Заявители

42. Ссылаясь на статью 22 Конституции Украины, первый заявитель утверждал, что он имел право на пенсионную надбавку в размере 30% от минимальной пенсии, и что эта надбавка не может быть снижена.

43. Второй заявитель утверждал, что он имел законные ожидания, получить надбавку в размере, предусмотренном в статье 6 Закона «О социальной защите детей войны» по состоянию на 1 января 2006 года. Любое уменьшение этой суммы было незаконным в соответствии со статьей 22 Конституции Украины и статьей 3 Закона «О социальной защите детей войны», а также в свете многочисленных решений Конституционного Суда.

(b) Правительство

44. Правительство утверждало, что статья 6 Закона «О социальной защите детей войны» предусматривает, что те лица, которые имеют статус «детей войны» имеют право на получение пенсий и других социальных пособий с надбавкой 30% от минимальной пенсии. Заявители считали, что они имели законные ожидания, и, следовательно, «имущество» по смыслу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции, на получение этой надбавки.

45. Правительство отметило, что понятие «имущества» в первой части статьи 1 Протокола № 1 имеет независимое значение, которое не ограничивается владением физических товаров и не зависит от формальной классификации в национальном законодательстве: другие конкретные права и интересы, например долги, составляющие активы, могут рассматриваться как «право собственности», и таким образом, «имуществом» по смыслу данной статьи. По их мнению, вопрос, который необходимо изучить, это попадают ли обстоятельства дела, рассматриваемые в целом, возложенные на статус заявителя под защиту статьи 1 Протокола № 1 (см. Broniowski v. Poland (dec.), no. 31443/96, 19 December 2002).

46. Поэтому, Правительство считало, что сначала должно быть определено, были ли у заявителей в данном деле «законное ожидание».

47. По данным Правительства, такое ожидание может вытекать из множества правовых норм, действующих на тот момент.

48. Правительство утверждало, что в 2006 году два правовых акта вступили в силу: Закон «О социальной защите детей войны» и Закон «О государственном бюджете на 2006 год», с поправками от 19 января 2006 года. Эта поправка содержала условие, что пенсионная надбавка будет вводиться постепенно, в соответствии с решением Кабинета Министров. Однако такого решения не было принято в 2006 году.

49. По мнению Правительства, соответствующие законы были открытыми и предсказуемые, поэтому заявители могли контролировать ведение дела.

50. Следовательно, правовые акты, вступившие в силу, не содержат никаких положений, которые могли бы дать право заявителям получать пенсионную надбавку в размере заявленным ими в национальных судах.

2. Оценка Суда

51. Суд повторяет, что, имея право на вышеуказанные надбавки, заявители имели право собственности в соответствии со статьей 1 Протокола № 1.

52. Суд отмечает, что сокращение или прекращение выплаты в достаточной мере установленных пособий может быть квалифицированно как вмешательство в личное имущество (см. Khoniakina v. Georgia, no. 17767/08, § 72, 19 June 2012).

53. Суд также напоминает, что первое и самое важное требование статьи 1 Протокола № 1, это то, что любое вмешательство со стороны публичных властей в беспрепятственное пользование своим имуществом должно быть законным и должно иметь законную цель «в интересах общества». Любое вмешательство также должно быть соответственным путем реализовано. Другими словами, «справедливый баланс» должен быть между требованиями общественности и требованиями защиты основных прав человека. Необходимый баланс не будет найден, если лицу или заинтересованным лицам придётся нести индивидуальное или чрезмерное бремя (см., среди других прочих источников, Former King of Greece and Others v. Greece [GC], no. 25701/94, §§ 79 and 82, ECHR 2000-XII).

54. Суд отмечает, что в период с апреля по декабрь 2006 года Кабинет Министров должен был определить размер пенсионной надбавки к выплате заявителям. Однако не было принято решения в этом отношении.

55. В данном случае отказ государства действовать представляет собой вмешательство в права заявителей, в соответствии со статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Правительство не представило никаких аргументов, чтобы объяснить свое бездействие, которое держало заявителей в неопределенности. Таким образом, Суд не видит причин, почему власти не предприняли никаких действий, чтобы определить размер пенсионной надбавки заявителей и считает это вмешательство необоснованным (см., mutatis mutandis, Klaus and Iouri Kiladzé v. Georgia, no. 7975/06, 2 February 2010; Budchenko v. Ukraine, no. 38677/06, 24 April 2014).

56. Следовательно, права заявителей были нарушены в соответствии со статьей 1 Протокола № 1 в период межу 2 апреля и 31 декабря 2006 года.

III. ДРУГИЕ ЗАЯВЛЕНЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

57. Первый заявитель еще жаловался, что национальные суды не приняли во внимание его аргументы. В частности, суды проигнорировали его ссылку на Конституцию Украины (см. Pronina v. Ukraine,no. 63566/00, 18 July 2006).

58. Первый заявитель также жаловался, что компенсация за судебные издержки, материальный и нематериальный вред не была выплачена.

59. На основании всех материалов, имеющихся в распоряжении, Суд считает, что в той мере, в которой оспариваемые вопросы находятся в пределах его компетенции, они не содержат признаков нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции.

60. Следовательно, эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (a) и 4 Конвенции.

IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

61. Статья 41 Конвенции предусматривает:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутренне право Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Компенсация вреда

62. Первый заявитель требовал 756 евро в качестве компенсации материального вреда (неполученная надбавка к пенсии за 2006 и 2008 года) и 3 200 евро в качестве возмещения нематериального вреда. Второй заявитель потребовал 2 500 украинских гривен (около 237евро) в качестве компенсации материального вреда и 3 000 евро в качестве компенсации нематериального вреда.

63. Правительство посчитало эти требования заявителей необоснованными.

64. Суд повторяет, что не в компетенции Суда заменять национальные власти и рассчитывать размер надбавок к пенсии заявителей в 2006 году, учитывая отказ национальных властей принять какое-либо решение по этому вопросу. Таким образом, Суд считает, что более подходящим будет рассмотреть этот вопрос на этапе исполнения этого решения.

65. Суд на справедливой основе присуждает каждому заявителю по 900 евро в качестве компенсации нематериального вреда.

B. Компенсация расходов и издержек

66. Первый заявитель требовал выплатить ему 300 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных им в национальных судах и 15 000 гривен (около 1 400 евро) (правовая помощь) и 30 евро (почтовые расходы) понесенные в Суде. Второй заявитель требовал 37 360.40 гривен (около 3,538.68) компенсации расходов на правовую помощь и 170 гривен (около 16 евро) на возмещение почтовых расходов.

67. Правительство утверждало, что первый заявитель не представил никаких доказательств в поддержку своих требований о возмещении почтовых расходов. Касательно его расходов на правовую помощь, он не уточнил количество времени, потраченного его адвокатом на дело или почасовой ставки адвоката.

68. Что касается требований второго заявителя, Правительство утверждало, что не было никаких доказательство, что сумма, заявленная им, была на самом деле выплачена его адвокату. Правительство также отметило, что часть почтовых расходов, которые заявитель требовал возместить, не были подкреплены соответствующими чеками.

69. В соответствии с прецедентным правом Суда, заявитель имеет право на компенсацию расходов и издержек только в той мере, в которой было показано, и что они были действительно понесены и являются обоснованными по своему размеру. В данном деле, принимая во внимание документы, имеющиеся в распоряжении, правовую помощь, оказываемую второму заявителю и указанные выше критерии, Суд считает разумным присудить 880 евро первому заявителю и 16 евро второму заявителю как возмещение расходов, понесенных на разбирательство в Суде.

C. Пеня

70. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка с добавлением трех процентных пунктов.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЭДИНОГЛАСНО

1. Постановляет объединить жалобы;

2. Объявляет жалобу на нарушение статьи 1 Протокола № 1 в отношении периода с 2 апреля по 31 декабря 2006 года приемлемой и оставшуюся часть жалобы неприемлемой;

3. Постановляет, что была нарушена статья 1 Протокола №1 Конвенции в отношении периода с 2 апреля по 31 декабря 2006 года;

4. Постановляет,

(a) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течении трех месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции следующие суммы, конвертированные в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты:

(i) 900 (девятьсот) евро каждому из заявителей, с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации нематериального вреда;

(ii) 880 (восемьсот восемьдесят) первому заявителю, с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, качестве компенсации расходов и издержек;

(iii) 16 (шестнадцать) евро другому заявителю, с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации расходов и издержек;

(b) с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в период с добавлением трех процентных пунктов;

5. Отклоняет оставшуюся часть требований заявителей относительно справедливой компенсации.

Составлено на английском языке и объявлено в письменном виде 26 июня 2014 года в соответствии с правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.
.

 

Клаудиа Вестердийк                                                                                                         Марк Виллигер
Секретарь                                                                                                                             Председатель

коментарі: 0     
Для того чтоб оставлять комментарии, вам нужно зарегистрироваться и/или войти под своим паролем
поширити інформацію