MENU
Сайт находится в разработке

Патрик Холланд против Ирландии

Номер дела: 593/1994
Дата: 25.10.1996
Окончательное: 25.10.1996
Судебный орган: Комитет по правам человека
Страна: Ирландия
Организация:

Соображения Комитета по правам человека в соответствии с пунктом 4 статьи 5 Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах

Относительно СообщенияNo. 593/1994

Представлено: Патрик Холланд

Предполагаемая жертва: Автор

Государство-участник: Ирландия

Объявлено неприемлемым: 25 октября 1996 года (пятьдесят восьмая сессия)

1. Автором сообщения является Патрик Холланд, гражданин Ирландии, родившийся 12 марта 1939 года, во время представления сообщения отбывающий тюремное заключение в Ирландии. Он утверждает, что является жертвой нарушения Ирландией статей 14 и 26 Пакта. Пакт и Факультативный протокол вступили в силу для Ирландии 8 марта 1990 года.

Факты в изложении автора

2.1.Автор был арестован 6 апреля 1989 года на основании статьи 30 Закона о преступлениях против государства 1939 года и обвинен в хранении взрывчатых веществ в противозаконных целях. Его дело, вместе с делами четырех других обвиняемых по делу, слушалось 27 июня 1989 года в Особом уголовном суде, он был признан виновным и приговорен к десяти годам тюремного заключения. При обжаловании приговора Апелляционный суд 21 мая 1990 года сократил приговор до семи лет тюремного заключения, сочтя, что решение Особого суда могло создать впечатление, будто он был осужден по более серьезному обвинению, а именно за хранение взрывчатых веществ с целью предоставления их другим лицам, которые могут угрожать жизни людей. Автор был освобожден из тюрьмы 27 сентября 1994 года.

2.2.На слушании дела в Особом уголовном суде автор признал себя виновным якобы из-за того, что его адвокат сказал ему, что "в этом суде они поверят полиции" и что, если он не признает себя виновным, его приговор будет более суровым. В этом контексте автор заявляет, что один из других обвиняемых по этому делу, не признавший себя виновным, действительно был приговорен к более длительному сроку тюремного заключения.

2.3.Автор заявляет, что против него не было улик, но полиция утверждала, что он им признался, что знал о взрывчатых веществах в своем доме. Не было представлено магнитофонной записи якобы сделанного автором признания; он не подписывал никакого признания.

2.4.Автор разъясняет, что в апреле 1989 года в его доме гостил его знакомый А. М., приехавший из Англии, чтобы узнать, можно ли взять в аренду ресторан или пивную. 3 апреля 1989 года к ним присоединился П. У., друг А. М., приехавший в Дублин, чтобы присутствовать на судебных слушаниях. Автор утверждает, что раньше не был знаком с П. У., но разрешил ему остановиться в своем доме. Автор, у которого было собственное полиграфическое предприятие, основную часть времени работал, приходя домой только поспать или поесть. Во время обеда 6 апреля 1989 года полиция ворвалась к нему в дом и арестовала его, А. М. и П. У. и четвертого знакомого - бывшего коллегу, находившегося у автора в гостях. Взрывчатые вещества были найдены в черной сумке, но автор отрицает, что знал об этом.

Жалоба

3.1. Автор утверждает, что судебное разбирательство его дела было несправедливым, поскольку Особый уголовный суд не является независимым и беспристрастным судом, что составляет собой нарушение пункта 1 статьи 14 Пакта. В связи с этим автор разъясняет, что конституция Ирландии допускает создание "особых судов" для рассмотрения правонарушений в случаях, когда установлено, что обычные суды не могут обеспечить действенное осуществление правосудия и соблюдение общественного спокойствия и порядка. Автор отмечает, что то, какие дела будут переданы особому суду, решает правительство. Автор приводит цитату из раздела 39 Закона о преступлениях против государства, где предусматривается, что члены особых судов назначаются и отзываются по усмотрению правительства. Размер вознаграждения, если оно выплачивается, определяется министерством финансов. Члены особых судов не обязательно должны быть членами судебной системы; могут также назначаться барристеры и солиситоры с опытом работы не менее семи лет и высокопоставленные служащие сил обороны.

3.2. Автор утверждает, что особые суды представляют угрозу равенству обращения с обвиняемыми в преступлениях, поскольку независимость членов таких судов не защищена. В этом контексте автор ссылается на решение в его деле, которое создавало впечатление, что он осужден за более тяжкое преступление, чем то, в котором он обвинялся.

3.3. Далее автор утверждает, что в тюремной системе он подвергался дискриминации, потому что "боролся за свои права" через обращения в суды, чтобы установить свое право на условно-досрочное освобождение. Он заявляет, что двое из его сообвиняемых, получившие такой же приговор, были переведены в тюрьму открытого типа в 1992 году и в начале 1993 года, в то время как автор был переведен в тюрьму открытого типа только в начале 1994 года. Автор указывает, что из тюрьмы открытого типа даются регулярные увольнительные домой на выходные, в то время как он не смог получить разрешение на посещение сестры в больнице до того, как она умерла 22 декабря 1993 года; он был отпущен под честное слово с 22 по 27 декабря 1993 года после смерти сестры.

Представление государства-участника и комментарии автора

4.1.В представлении от 5 декабря 1994 года государство-участник утверждает, что сообщение неприемлемоratione temporis, поскольку содержание жалобы автора относится к судебному разбирательству его дела Особым уголовным судом 27 июня 1989 года, то есть до вступления в силу Пакта и Факультативного протокола к нему для Ирландии.

4.2.Государство-участник далее утверждает, что сообщение неприемлемо, поскольку не были исчерпаны внутренние средства правовой защиты. Государство-участник отмечает, что суть жалобы автора заключается в том, что ему не было обеспечено справедливое разбирательство независимым и беспристрастным судом и что, по его утверждению, он не виновен в правонарушениях, в которых его обвиняли. Однако автор снял заявление о своей невиновности, не оставив суду иного выбора, кроме как принять его признание и вынести ему соответствующий приговор. Государство-участник заявляет, что автор мог бы быть оправдан, если бы заявил о своей невиновности. Оно оспаривает предположение автора о том, что лица, судимые особыми уголовными судами, неизбежно осуждаются.

4.3.Государство-участник далее заявляет, что автор не требовал, чтобы судьи Особого суда дисквалифицировали себя на том основании, что они не являются независимыми и беспристрастными. В связи с этим государство-участник отмечает, что фактически автор не высказывал какого-либо предубеждения в отношении судей слушавшего его дело суда. По-видимому, выдвигаемый им довод заключается в том, что способ назначения и отзыва членов суда мог привести к отсутствию независимости и беспристрастности, а не в том, что он имел такие последствия.

4.4.Государство-участник разъясняет, что Особый суд подвергается судебному контролю со стороны Верховного суда. Лицо, заявляющее о нарушении конституции или естественной справедливости, может запросить от Верховного суда приказ, аннулирующий решение Особого уголовного суда или воспрещающий ему действовать вопреки конституции или правилам естественной справедливости. Если у автора были основания утверждать, что его дело не получило справедливого разбирательства в Особом суде, он мог запросить приказ о судебном пересмотре от Верховного суда, чего он не сделал.

4.5.В этом контексте государство-участник ссылается на решение Верховного суда в делеЭкклза[1], где утверждается, что правительство не имеет законного права прекращать пребывание в должности отдельных членов Особого суда в связи с несогласием с их решениями. Суд постановил, что несмотря на то, что прямые конституционные гарантии независимости судей не применимы к Особому суду, он обладает косвенной гарантией независимости при выполнении своих функций.

4.6.Государство-участник также утверждает, что автор мог заявить на слушании своей апелляции, что его осуждение несостоятельно по причине отсутствия независимости судей. Государство- участник отмечает, что автор, тем не менее, не обжаловал свой обвинительный приговор и не утверждал, что Особый суд пристрастен или лишен независимости.

4.7.Далее государство-участник заявляет, что автор не показал, что он лично является жертвой предполагаемого нарушения. Государство-участник ссылается на довод автора, согласно которому при применимом законодательстве независимость суда не может быть гарантирована. Государство- участник считает, что это доводactio popularis, поскольку автор не утверждает, что судившие его судьи были фактически лишены независимости или были к нему пристрастны, и не указывает на какие-либо недостатки в судопроизводстве. В этом контексте государство-участник ссылается на решение Европейской комиссии по правам человека по делуЭкклза[2], которая постановила, что Особый суд является независимым по смыслу статьи 6 Европейской конвенции.

4.8.Государство-участник разъясняет, что статьей 38 Конституции предусматривается, что особые суды могут учреждаться законом для рассмотрения дел о правонарушениях в случаях, когда в соответствии с таким законом может быть установлено, что обычные суды неспособны обеспечить эффективное отправление правосудия и соблюдение общественного мира и порядка. Закон о преступлениях против государства 1939 года предусматривает создание таких особых судов, если правительство убеждено, что обычные суды неспособны обеспечить эффективное отправление правосудия и соблюдение общественного мира и порядка, и если оно издает соответствующий указ. Любой подобный указ правительства может быть аннулирован резолюцией Нижней палаты Парламента. Особый уголовный суд был впервые создан в 1939 году и просуществовал до 1962 года. В 1972 году в связи с положением, обусловленным беспорядками в Северной Ирландии, Особый уголовный суд был воссоздан.

4.9.   Разделом 39 Закона о преступлениях против государства контролируется назначение членов суда. Государство-участник подчеркивает, что, за немногими исключениями, с 1972 года члены Особого уголовного суда во время своего назначения были судьями обычных судов и что с 1986 года суд состоял только из действующих судей. С момента создания суда в 1972 году в него не назначались служащие сил обороны.

4.10.                   Разделом 40 Закона предусматривается, что решения Особого уголовного суда принимаются согласно мнению большинства и что личные мнения не раскрываются. В соответствии с разделом 44 Закона обвинительные приговоры и наказания по приговору Особого уголовного суда можно обжаловать в Уголовном апелляционном суде в том же порядке, что и приговоры и наказания Центрального уголовного суда. Не существует норм доказательственного права, применимых в Особом уголовном суде, которые не применялись бы в обычных судах, за исключением положений, позволяющих сбор доказательств по поручению в Северной Ирландии.

4.11.                   Наконец, государство-участник ставит Комитет в известность о том, что суд, перед которым предстал автор, состоял из судьи Верховного суда, судьи окружного суда и окружного судьи. Государство-участник добавляет, что ему неизвестно о каких-либо сомнениях относительно личной беспристрастности и независимости членов суда.

5.1. 8 февраля 1995 года автор сообщает свои замечания по представлению государства-участника. Он повторяет, что члены Особого суда могут отзываться с должности по усмотрению правительства и что поэтому не существует гарантий их независимости и беспристрастности.

5.2. Что касается довода государства-участника, согласно которому его сообщение неприемлемо вследствие неисчерпания внутренних средств правовой защиты, поскольку он снял заявление о своей невиновности, автор разъясняет, что после того, как он заявил о своей невиновности, его адвокат обратился к суду с просьбой о кратком перерыве. Затем он подошел к автору и посоветовал ему признать себя виновным, поскольку он находится в Особом уголовном суде и заявление о невиновности повлечет за собой приговор в 12 лет лишения свободы. Поэтому он признал себя виновным.

5.3. В отношении довода государства-участника, согласно которому автор не потребовал от судей суда первой инстанции, чтобы они себя дисквалифицировали, не потребовал аннулирования результатов судебного разбирательства путем судебного пересмотра и не обжаловал свой обвинительный приговор, а также не воспользовался отсутствием, согласно его утверждениям, независимости суда как основанием для апелляции, автор утверждает, что не мог проделать ничего из вышеперечисленного, поскольку его собственный защитник уже велел ему признать себя виновным, а сам он еще ничего не знал о договорах Организации Объединенных Наций по правам человека. Автор отмечает, что как непрофессионал он полагался на своих юридических советников, которые подвели его и не подняли эти вопросы. В связи с этим автор замечает, что знает многих людей, которые не смирились и не признали суд и были осуждены за одно только это.

Дальнейшее представление государства-участника

6.1. По просьбе Комитета государство-участник в дальнейшем представлении от 2 июля 1996 года комментирует приемлемость жалобы автора на то, что он подвергался дискриминации в тюремной системе, и разъясняет законодательство и практику, относящуюся к решению передать дело автора в Особый уголовный суд.

6.2. Что касается утверждения автора, будто он является жертвой дискриминации, государство- участник подтверждает, что двое других обвиняемых, которые были приговорены к шести годам тюремного заключения, были переведены в тюрьму открытого типа до истечения сроков их заключения, а что автор и еще один его сообвиняемый содержались в закрытом учреждении вплоть до их освобождения. Далее государство-участник разъясняет, что в отношении сообвиняемых, переведенных в тюрьму открытого типа, применено обычное 25-процентное сокращение сроков
заключения и они были освобождены примерно на шесть месяцев раньше. Третий сообвиняемый отбывал весь срок в особо охраняемой зоне и был освобожден за 36 дней до истечения срока заключения.

6.3. Государство-участник разъясняет, что вопрос о переводе автора в тюрьму открытого типа рассматривался, но, поскольку у автора были друзья и родственники в Дублине, а все учреждения открытого типа располагались за пределами Дублина, было решено, что лучше будет, если он останется в закрытом учреждении в Дублине. Автору было предложено досрочное освобождение с 27 июня 1994 года, то есть за три месяца до истечения срока. Однако он отказался покинуть тюрьму, поскольку ему негде было жить. Затем он был освобожден 22 сентября 1994 года, на четыре дня раньше.

6.4. Государство-участник отмечает, что перевод из тюрьмы закрытого типа в тюрьму открытого типа является льготой, предоставляемой некоторым заключенным на основании их поведения, местожительства и других имеющих отношение к делу соображений, но не является правом, на которое все заключенные могут в равной мере претендовать. Дается ссылка на решение Европейского суда по правам человека в делеЭшингдейна[3].

6.5. Далее сообщается, что с автором обращались так же, как и с другими заключенными, а решение оставить автора в закрытом учреждении в Дублине было принято, как и решения о переводе двух его сообвиняемых в учреждение открытого типа за пределами Дублина, на основании личных и семейных обстоятельств и имело целью облегчить сообщение между заключенными и их близкими. Кроме того, сообщается, что, если Комитет все же решит, что с автором обращались иначе, чем с другими заключенными, такое обращение основывалось на разумных и объективных критериях и не являлось дискриминацией.

6.6. Государство-участник утверждает, что сообщение неприемлемо согласно статье 3 Факультативного протокола как несовместимое с положениями Пакта. Далее утверждается, что жалоба автора неприемлема по причине неисчерпания внутренних средств правовой защиты, поскольку автор имел возможность добиваться судебного пересмотра приказа министра юстиции о переводе его в Уэйтфилдский центр заключения в Дублине, а не в тюрьму открытого типа. Автор также имел возможность возбудить иск по якобы имевшему место нарушению конституционных прав, поскольку статья 10.1 конституции защищает право всех граждан на равенство перед законом. Отмечается, что автор не воспользовался имевшимися в его распоряжении средствами правовой защиты.

7.1. Что касается процедур, определяющих, будет ли дело рассматриваться в Особом уголовном суде, государство-участник разъясняет, что государственный прокурор в соответствии с законом принимает решение о том, будет ли дело рассматриваться обычным уголовным судом или Особым уголовным судом согласно части VЗакона о преступлениях против государства. Прокурор не зависит от правительства и полиции в исполнении своих функций. Законом о преступлениях против государства предусматривается, что определенные правонарушения подпадают под действие этого закона. Когда какое-либо лицо обвиняется в правонарушении, подпадающем под действие этого закона, государственный прокурор, согласно разделу 47 (1) Закона, может распорядиться, чтобы это лицо предстало перед Особым уголовным судом по делу о таком правонарушении. Автору было предъявлено обвинение в хранении взрывчатых веществ в противозаконных целях, что, согласно разделу 47 (1) Закона, является правонарушением, подпадающим под его действие.

7.2. Для слушания дел в Особом уголовном суде имеется комиссия из девяти судей, назначаемых правительством, все они являются судьями Верховного суда, выездного окружного суда или окружного суда. Назначение членов суда для слушания какого-либо дела находится исключительно в ведении судей из этой комиссии. Государство-участник решительно отвергает любое предположение о том, что судьи Особого уголовного суда не являются независимыми или были пристрастны к автору.

7.3. Государство-участник разъясняет, что решение предъявить автору соответствующее обвинение, а также решение передать дело автора в Особый уголовный суд основывалось на оценке имеющихся доказательств, о которых государственному прокурору сообщила полиция Ирландии.

7.4. Государство-участник разъясняет, что можно оспаривать учреждение Особого уголовного суда, поскольку это подлежит конституционному надзору. Также можно оспаривать конституционность различных аспектов законодательства, относящихся к Особому уголовному суду. Было предпринято несколько таких попыток. Однако автор не пытался возбудить иск в этом отношении.

7.5. Государство-участник разъясняет, что также можно оспаривать передачу дела в Особый уголовный суд путем судебного пересмотра решения государственного прокурора. Тем не менее все соответствующие правовые прецеденты относятся к делам, в которых обвиняемому вменялось правонарушение, не подпадающее под действие Закона о преступлениях против государства, а государственный прокурор при этом постановил, что обвиняемый предстанет перед Особым уголовным судом. Если бы автор воспользовался этим средством правовой защиты, ему бы пришлось доказать, что государственный прокурор действовалmala fides.

7.6. Государство-участник повторяет, что сообщение следует признать неприемлемым. Комментарии автора по представлению государства-участника

8.1. В своих комментариях по представлению государства-участника автор подчеркивает, что его основная жалоба заключается в том, что Особый уголовный суд является незаконным, поскольку при его создании не было сделано сообщение в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Пакта. Он утверждает, что невозможно избежать обвинительного приговора в Особом суде, и повторяет, что, когда он заявил о своей невиновности, его адвокат сказал ему, что приговор будет менее суровым, если он признает свою виновность, после чего он так и поступил.

8.2. Автор повторяет, что ему не было позволено покинуть тюрьму, чтобы успеть посетить умирающую сестру в декабре 1993 года, но что ему была предоставлена увольнительная после ее смерти для присутствия на похоронах.

Вопросы и процедуры в Комитете

9.1. До рассмотрения любых жалоб, содержащихся в том или ином сообщении, Комитет по правам человека, в соответствии с правилом 87 правил процедуры, должен принять решение по вопросу о том, является ли сообщение приемлемым согласно Факультативному протоколу к Пакту.

9.2. Комитет принимает во внимание довод государства-участника о том, что сообщение неприемлемоratione temporis.Комитет ссылается на свою предыдущую судебную практику и повторяет, что он не вправе рассматривать сообщение, если предполагаемые нарушения имели место до вступления в силу Пакта для соответствующего государства-участника, если только предполагаемые нарушения не продолжаются или не имеют продолжающихся последствий, которые сами по себе являются нарушением. Комитет отмечает, что, хотя автор был осужден и приговорен судом первой инстанции в июне 1989 года, то есть до вступления в силу Пакта для Ирландии, его апелляция была отклонена 21 мая 1990 года, то есть после вступления в силу Пакта для Ирландии, а его тюремное заключение длилось до августа 1994 года. При данных обстоятельствах Комитет не лишенratione temporisвозможности рассмотреть сообщение автора.

9.3. Что касается жалобы автора на то, что судебное разбирательство по его делу было несправедливым, поскольку он предстал перед Особым уголовным судом, созданным в нарушение статьи 14 Пакта, Комитет отмечает, что автор признал себя виновным во вменявшемся ему преступлении, не обжаловал свой обвинительный приговор и не выдвигал возражений относительно беспристрастности и независимости Особого суда. В этом контексте Комитет отмечает, что автор постоянно был представлен защитником и из дела следует, что он воспользовался своим правом обратиться в Верховный суд с прошениями по другим вопросам, но не поднимал вышеуказанного спорного вопроса. В данных обстоятельствах Комитет постановляет, что автор не выполнил требования подпункта b) пункта 2 статьи 5 Факультативного протокола об исчерпании доступных внутренних средств правовой защиты.

9.4 В отношении утверждения автора о том, что он подвергался дискриминации, поскольку не был переведен в тюрьму открытого типа одновременно со своими сообвиняемыми, Комитет отмечает, что государство-участник утверждает, а автор не отрицает, что у автора имелась возможность добиваться судебного пересмотра этого решения. В данных обстоятельствах Комитет считает, что эта жалоба также неприемлема согласно подпункту b) пункта 2 статьи 5 Факультативного протокола по причине неисчерпания внутренних средств правовой защиты.

10. Исходя из этого, Комитет по правам человека постановляет:

a)       считать настоящее сообщение неприемлемым;

b)       препроводить настоящее решение государству-участнику и автору.

 

[1]Eccles V. Ireland [1985] I.R. 545.

[2]Eccles e.a. V. Ireland , Application №. 12839/87, decision of 9 December 1988. 

[3](14/1983/70/106).

 

 

поширити інформацію